Previous Entry Share Next Entry
URA.RU - И.Миронов: Улюкаева в кремлевском централе назовут У и будут готовы к его суициду
vol_majya


Что ждет экс-министра на главной зоне страны. Интервью с VIP-осужденным

Михаил Белый


Экс-главу Минэкономразвития Алексея Улюкаева, приговоренного 15 декабря Замоскворецким судом Москвы к восьми годам лишения свободы, доставили в СИЗО «Матросская тишина». Сейчас Улюкаев сидит в лучшей части изолятора, негласно называемой «Кремлевский централ» — там, как правило, содержатся высокопоставленные осужденные.

В разное время там побывали бывший глава нефтяной компании «ЮКОС» Михаил Ходорковский, экс-губернатор Сахалина Александр Хорошавин, глава компании «ВашЪ финансовый попечитель» Василий Бойко, создатель религиозного движения «Учение о всеобщем спасении и гармоничном развитии» Григорий Грабовой и многие другие.

О том, чем «Кремлевский централ» отличается от других изоляторов, какие испытания предстоят Алексею Улюкаеву и почему многие именитые заключенные мечтают вырваться оттуда в обычный изолятор — в интервью «URA.RU» рассказал адвокат, историк, автор книги «Замурованные» Иван Миронов, который провел в этой тюрьме почти два года по обвинению в покушении на Анатолия Чубайса (позднее Миронов был оправдан).

— Иван Борисович, говорят, что «Кремлевский централ» — это тюрьма для знаменитых узников. Вы там провели немало времени. Это курорт, по сравнению с другими СИЗО?
Иван Миронов отсидел два года в «Кремлевском централе», после чего написал о нем книгу
личный аккаунт И.Миронова в Facebook


— Чем отличается «Кремлевский централ» 99/1 от других СИЗО? Прежде всего, своей уникальной изоляцией. По сути, это подводная лодка — нет никакой связи с внешним миром. Ни о каких мобильных телефонах и внутрикамерной связи говорить не приходится.

Более того, система выстроена таким образом, что можно сидеть там годами и не знать, кто находится за стенкой. Потому что когда из камеры вызывают к адвокату или следователю, то конвойные называют только первую букву фамилии — например: «У, на выход!» Это делается специально. Во время прогулок осужденных прямо глушат очень громкой музыкой, чтобы не было никакой переклички, чтобы невозможно было понять, кто гуляет за стеной. Изолятор буквально напичкан суперсовременной техникой — за всеми осужденными постоянно подглядывают и подслушивают их.

— А какие бытовые условия содержания?

— В то время, когда я там сидел, там было два нормальных этажа с более-менее сносным ремонтом. Но вот третий этаж — это кромешный ад. Летом там стопроцентная влажность, зимой — обледенелые стены, спать ночью просто невозможно. Приходилось греть воду в бутылках, подсовывать под себя, но она быстро остывала, поэтому приходилось это неоднократно проделывать в течение ночи.

Летом с потолка тебе на голову падают опарыши, капает вода, вытяжка работает внутрь камеры. Туда помещали, как правило, проштрафившихся. Одно лето я там отсидел полностью.

На пятом и шестом этажах условия лучше, в одной камере даже есть кондиционер — в свое время Ходорковскому [Михаилу, экс-главе нефтяной компании «ЮКОС»] разрешили его поставить. Важно и то, что камеры там не были переполнены: количество людей не превышало количество «шконок».

— А как обстоит дело с питанием?

— Если человек идет в несознанку, отказывается сотрудничать со следствием, например, то там он слаще моркови точно ничего не получит. Еда — это один из инструментов психологического давления.

— А как еще психологически могут давить людей в «Кремлевском централе?»

— Есть, например, распространенный прием — «посадить на трамвай», когда человек каждый день меняет камеры. Он не успевает адаптироваться, его постоянно перекидывают. Это очень тяжело. Все эти примочки, придуманные для того, чтобы сломать человека, пришли еще из советских времен.

— Иван Борисович, а какой там все же контингент?

— Контингент там интересный: люди из политики, серьезной экономики, лидеры ОПГ, отъявленные киллеры. Публика серьезная. Есть там и своя пресс-хата. Но она отличается не тем, что там тебя постоянно бьют. Ты постоянно ждешь, что тебя будут бить. Вот это самое неприятное. Человек находится под постоянным страхом физической расправы.

Да, там не встретишь человека, который заехал за грамм гашиша, хотя душегубов, маньяков и убийц на «Кремлевке» тоже хватает. Как и людей с искалеченной психикой, которые слышат «голоса».

— Вы можете представить, что сейчас там ждет Алексея Улюкаева?

— Улюкаев на сегодняшний день, пожалуй, один из самых известных осужденных. От него уже всё получили, приговор состоялся. Всю информацию, которую можно было получить, он уже, надо думать, выдал. Скорее всего, его посадят в достаточно комфортные условия.

В «Кремлевском централе» есть камеры, где сидят те, кто сотрудничает со следствием — им предоставляют зеленый коридор, вплоть до ресторанной еды.

Думаю, руководство изолятора будет стараться избегать громких конфликтов, ведь Улюкаев — фигура, находящаяся под пристальным вниманием правозащитников и журналистов. Однако 99/1 — это никакая не гостиница, не пятизвездочный отель. А то ходят слухи, что там на каждом этаже бассейн, массажные и spa-комплексы. Это бред, который подчас шутки ради тиражируют сами узники.

— Говорят, сейчас Улюкаев находится в одиночной камере…

— Думаю, что это временная мера. С ним точно будет сидеть «наседка», которая призвана доносить администрации о VIP-осужденном, о его разговорах и настроении. Главная цель «наседки» — предотвращение возможного суицида с учетом нестабильного психологического состояния Улюкаева. Конечно, надо понимать, что этот изолятор особенный, со своими законами.

— Попасть туда — это лучший вариант, нежели попасть в иной изолятор?

— Нет, на самом деле большинство сидящих в 99/1 отдали бы очень многое, чтобы сорваться на общий режим. Потому что на общем режиме можно сделать себе более комфортные условия. А «Кремлевка» для очень многих людей — без преувеличения кромешный ад! К счастью, там разрешают смотреть телевизор, благодаря которому ты окончательно не отрываешься от реальности. Иначе можно заблудиться — не поймешь, когда день, когда ночь. Ведь даже свет там горит постоянно, круглые сутки.

Очень трудно каждый день ощущать себя лабораторной мышью, которую внимательно рассматривают под микроскопом, тыкают, подводят электричество… По сути, 99/1 — это психологическая фабрика, на которой ставят опыты. Человек ко многому привыкает, но выдержать такое действительно довольно тяжело.

использованы материалы: https://ura.news/articles/1036273315

?

Log in

No account? Create an account