vol_majya (vol_majya) wrote,
vol_majya
vol_majya

АНТОН ПОПОВ - ПРИНЯТ "ЗАКОН ЯРОВОЙ": ЧТО ВСЁ ЭТО ЗНАЧИТ?

Несколько дней назад Госдума приняла во втором и третьем чтении «антитеррористические» законы Яровой и Озерова, абсолютно беспрецедентные по своей бестолковости, вредности и разрушительности для того самого государства, которое их принимает. Второе и третье чтение часто идут одним пакетом, в самом этом факте нет ничего необычного. Необычна общая скорость проталкивания этих законопроектов — документы такого уровня сложности, вносящие столько серьезных поправок в такое количество законодательных актов (в общей сложности затронуто 12 федеральных законов), содержащие в себе столько неясностей, противоречий и спорных положений, вызвавшие критику практически со всех возможных сторон, приняты за рекордные сроки. С момента публикации последней версии с поправками прошло вообще меньше недели. Многие ли голосовавшие сегодня успели хотя бы толком прочитать и разобраться, за что они там голосуют? Депутаты явно торопились — их весенняя сессия заканчивается, впереди долгожданные каникулы, уже, наверное, куплены все билеты на Лазурный берег, забронированы пятизвездочные отели… В последние дни законы выстреливают из здания на Моховой с фантастической скоростью. Г-н Нарышкин, вчера высказавший с трибуны удовлетворение, что Думу больше не называют «бешеным принтером» (с чего он это взял, кстати?), явно погорячился. Это уже не принтер, это промышленный типографский станок, не менее бешеный. Школьник-депутат перед каникулами пытается поскорее пролистать оставшиеся главы учебника, чтобы лето настало побыстрее. Вот только расхлебывать последствия этой спешки придется нам, а не им.

АНТОН ПОПОВ - ПРИНЯТ "ЗАКОН ЯРОВОЙ": ЧТО ВСЁ ЭТО ЗНАЧИТ?

Яровая и Озеров

В свое время мы уже писали подробно о законопроектах Яровой-Озерова. Никто и не сомневался, что поправок будет много. Включая и самих авторов, которые явно заложили некоторые нормы в исходной версии своих проектов, что называется, с запасом — чтобы было куда отступать. И кое в чем реально отступили — вот только не в том, что нужно, и не настолько, насколько нужно, а ровно там, где такая возможность и предполагалась изначально.

Например, как мы и предполагали, уступки были буквально в последний момент сделаны в части нашумевших положений о лишении преступников гражданства РФ. Многие сегодня пишут о них чуть ли не как о большой победе, хотя они были неизбежны ввиду полной и абсолютной неконституционности изначальных положений, очевидной и студенту-первокурснику юрфака. Лишение гражданства было обставлено таким количеством рогаток, условий и ограничений, что вряд ли эта норма будет применена хотя бы единожды. Примерно то же самое случилось и с еще одним одиозным пунктом законопроектов — о запрете выезда за границу. В исходном варианте для этого было достаточно одного лишь предупреждения от органов ФСБ о недопустимости экстремистской деятельности, простого административного росчерка пера. Мало кто сомневался, что по этому вопросу неизбежны уступки — и в итоговом варианте ограничение касается лишь лиц с непогашенной судимостью по преступлениям террористической или экстремистской направленности. Очень удобно — сначала ввести в текст заведомо абсурдный и нелепый пункт, чтобы затем убрать его, продемонстрировав свою разумность, сговорчивость и готовность к компромиссам. И публика довольна, ей кажется, что она чего-то добилась.

Итоговый текст отличается от исходного в некоторых местах довольно существенно, но его логика и сущность остались неизменными. Это матрешка — внутри одного закона прячется совсем другой, имеющий лишь весьма опосредованное отношение к первому.
Наружная оболочка «антитеррористического» пакета, как и раньше, призвана изображать борьбу с ужасным и кровожадным международным исламизмом. Ужесточены наказания по террористическим статьям — тут ничего нового, все тот же бессмысленный популизм, о котором мы уже подробно писали. Добавилась только пара штрихов — режим КТО (контртеррористическая операция, не путать с АТО) теперь вводится в упрощенном порядке, по усмотрению властей, необязательно по конкретному «террористическому» поводу. И государство больше не обязано никак компенсировать материальный ущерб, причиненный имуществу граждан в ходе борьбы с терроризмом. Вообще никак. Проехали танком по вашей машине — благодарите небеса, если вас внутри не было, остальное — ваша проблема, шерифа она не волнует. Не очень понятно, как после этого отличить контртеррористов от террористов, но это мелочи.

АНТОН ПОПОВ - ПРИНЯТ "ЗАКОН ЯРОВОЙ": ЧТО ВСЁ ЭТО ЗНАЧИТ?

Борьба, как предполагается, будет вестись как непосредственно с исламским терроризмом, так и с распространением джихадистской идеологии (отсюда, по идее, и вытекают нормы, нацеленные на борьбу с экстремизмом). Специально для того, чтобы это впечатление подкрепить, в окончательном тексте появилась поправка, ужесточающая порядок религиозно-миссионерской деятельности в России — причем до такой степени ужесточающая, что различные религиозные организации дружно стали задавать вопрос: «А как же мы теперь вообще будем работать?» Наивные люди, право слово: никак.

Но страна у нас, как известно, многонациональная, у преступности, как мы помним, нет ни национальности, ни религии — а потому в законах нигде не конкретизировано, что имеется в виду именно исламский экстремизм. Эзопов язык каждый понимает в меру своей испорченности. Это очень удобно — потому что при желании положения закона можно трактовать абсолютно как угодно, объявив экстремистом любого, кто открыто высказывает недовольство действующей властью. Все окончательно встает на свои места, когда выясняется, что бороться с распространением экстремизма собираются путем резкого ужесточения наказания по печально известной ст. 282 во всех ее частях и вариантах — которая используется для чего угодно, только не для борьбы с исламистами. Исламистов наше государство не очень боится — они удобный враг для целей пиара, но в случае чего кремлевские обитатели уверены, что от них удастся спрятаться. Ну или договориться — примерно как с Кадыровым-старшим в свое время. То ли дело — русские фашисты. С ними договориться гораздо сложнее, им всем какие-то изменения в стране подавай. А с другой стороны — прихлопнуть их проще, бомбы взрывать они не будут, людей им жалко, слабаки, совершенно несерьезные люди.

Других видов наказания по 282-й и ее подвидам, кроме тюрьмы УК РФ, отныне не предполагает, штрафом отделаться больше не получится. К тому же в кодексе появляется и пара совершенно замечательных составов преступления — подстрекательство к совершению любого из преступлений экстремистской направленности и недонесение о совершенном или готовящемся преступлении. Понятно, что под один из этих составов при желании можно подвести… да почти все что угодно. Особенно учитывая, что под действие этих пунктов попадают и деяния либо высказывания, совершенные на просторах интернета. Последите, ради любопытства, сколько раз в день вы их совершаете в среднем…

И вот здесь начинается самое интересное. Из недр благостно улыбающейся розовощекой матрешки появляется маленький, но очень злой и зубастый чертик. Потому что для того, чтобы осуществлять контроль за интернет-пространством — ну, чтобы отслеживать эффективно те самые сетевые мыслепреступления — авторы законопроектов придумали и механизм. Как им кажется, простой и эффективный. Отныне все интернет-провайдеры в России обязаны будут хранить всю переписку и личные данные своих клиентов. Изначально предполагалось, что делать это они должны на протяжении трех лет. Однако простые подсчеты стоимости такого хранения показали суммы, сопоставимые не с бюджетом коммерческой организации, а с бюджетом России. Впрочем, срок тоже, вероятно, был заложен с запасом, потому что его без особых проблем согласились сократить до полугода.

АНТОН ПОПОВ - ПРИНЯТ "ЗАКОН ЯРОВОЙ": ЧТО ВСЁ ЭТО ЗНАЧИТ?

Решило ли это проблему? Ну, как сказать. Если раньше требуемые суммы были абсолютно фантастическими, то теперь они просто разорительные. Понятно, что большая часть существующих сегодня в России провайдеров просто тихо умрет. Крупные, может, и выживут, однако для хранения такого объема информации им понадобится строительство специальных хранилищ или серверных центров — размером, потенциально, с небольшой населенный пункт, и гораздо дороже по стоимости. На их строительство телекоммуникационным компаниям милостиво выделено два года — до лета 2018-го. Естественно, это выльется в огромные расходы, и, как следствие, — многократное удорожание услуг провайдеров, причем начнется этот процесс не с 2018 года, а гораздо раньше — ведь деньги на строительство понадобятся уже сейчас, два года для серьезных объектов — это срок буквально в обрез. По идее, одного этого хватит, чтобы убить — или как минимум сократить в разы — всю интернет-отрасль в России. Возможно, именно это и есть основная цель закона, а отлавливание малолетних сетевых экстремистов (для чего провайдеры теперь будут еще и обязаны по первому требованию предоставлять ФСБ любые сведения и ключи) — только приятный бонус. Не понимая интернета, не умея толком им пользоваться, но явственно ощущая, как растет и сгущается исходящая с этой стороны угроза, правящий режим (или отдельные его особо ретивые активисты) захотел попробовать решить проблему простым и понятным ему советским способом — пригнать бульдозер.

Последствия будут соответствующие. Хоть одно начинание постсоветских патриотов-государственников по ограничению, запрету, искоренению чего-либо на вашей памяти дало тот эффект, который от него ожидали? Очевидно, что «закон Яровой» в своей части, связанной с интернетом, столкнется с очень серьезными проблемами на уровне применения. Кто его будет применять и как? Сколько специально обученного и должным образом мотивированного персонала понадобится ну вот хотя бы ФСБ? Сколько его понадобится провайдерам? Какие еще специальные ведомства для этого придется создать, какой выделить бюджет, как его будут пилить и что от него в итоге останется? Чисто технических проблем и вопросов возникает столько, что проще, кажется, объяснить школьникам на пальцах квантовую механику, чем описать, как все это будет работать.

Одно бесспорно — правящая элита путинской России продолжает с необычайной изобретательностью и упорством, достойным лучшего применения, создавать себе врагов — причем как раз там, где ей надо бы искать друзей. Только за последнее время Кремль (и его добровольные помощники) сумел разрушить почти все союзы, на которых держалась его власть и столь превозносимая им стабильность. Путинские рассорились с Западом, который поддерживал их во всех испытаниях, видя в пожизненном президенте лучший способ удержать страшных русских в узде. Они потеряли верность олигархов, потому что вместо гаранта их власти и собственности превратились в главную для них угрозу. Они стали открыто ставить под сомнение лояльность силовиков, играя с ними в «разделяй и властвуй», так что теперь возникают реальные сомнения, кто будет оборонять Кремль, если что. Дальше ударили по отраслям. Сырьевые компании. Банки и финансы. Теперь вот телеком. Возникает ощущение, что поставлена задача обязательно успеть в кратчайшие сроки поссориться со всеми, у кого в России есть деньги.

К чему это может привести? К укреплению власти? Крайне сомнительно. Я примерно представляю себе, какого рода мысли сейчас должны крутиться в голове у крупного российского бизнеса. Который и в 2012 году, когда ситуация была на порядок мягче и проще (ни тебе санкций, ни тебе прямых угроз зарубежным активам, ни феерических благоглупостей со стороны власти — ну выборы подтасовали, всего-то делов), предпочел, сохраняя внешнюю лояльность Путину, финансировать потихоньку разнообразные оппозиционные партии. Это тогда. Как вы думаете, что эти люди сделают сейчас? Летом 2018 года Яровой будет не до мониторинга.

АНТОН ПОПОВ - ПРИНЯТ "ЗАКОН ЯРОВОЙ": ЧТО ВСЁ ЭТО ЗНАЧИТ?


АНТОН ПОПОВ

Tags: Россия, власть, оппозиция, право
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment