?

Log in

No account? Create an account
Розанов
vol_majya

Совсем недавно, каких-то сто лет назад, в Сергиевом Посаде умер от голода и «прочих известных обстоятельств» Василий Васильевич Розанов.

Надеюсь, что и без меня найдутся люди, которые напишут, КЕМ был Розанов и ЧТО он сделал для русских людей. Хотя, боюсь, всё сведётся парадом цитат – про любовь к России, про господство евреев, про иконку и свечечку, про семью как аристократическую форму жизни… да мало ли. Цитировать Василия Васильевича можно бесконечно. И даже нужно – поскольку больше-то особо и некого. Потому что Василий Васильевич – первый русский мыслитель, которого действительно можно назвать русским мыслителем. Сколько-нибудь здоровая – в клиническом смысле - русская мысль началась именно с него.

Вот об этом-то я и хочу написать.

Русскому народу в истории не везло. Сейчас это общее место. Однако стоит вспомнить, с чего это невезение началось. А началось оно с чудовищного, ни с чем не сравнимого фиаско в начале интеллектуальной жизни. Сравнимого – да простится мне такое сравнение – с ситуацией, когда личная жизнь девушки началась с изнасилования сифилитиком.

Я имею в виду тот факт, что роль первого русского мыслителя сыграл печально известный Пётр Чаадаев. То есть человек, глубоко и искренне ненавидевший русский народ и Россию.

Возможно, у него были на то глубокие и основательные причины – страстная любовь к католичеству и «туфле Папы», латентный гомосексуализм и садомазо, масонская выучка или всё это вместе. Сейчас это уже не интересно. Важно то, что Чаадаев смог нанести русской мысли родовую травму, по сути убив её при рождении. Поскольку вся его «мысль» сводилась к апологии ненависти к русским и России, отказе русским в праве на существование. «Философическое письмо», написанное в 1830 году (образцово-показательный hate speech - и, возможно, гнуснейший текст в человеческой истории вообще), целиком и полностью предопределило и отформатировало русскую мысль (а значит и русскую историю) – раз и навсегда.

Первое слово, которое русская мысль сказала русскому народу, было оскорблением, причём оскорблением чудовищным, ни с чем не сравнимым, абсолютным. За такое нужно или убивать – или уж признать себя ничтожествами, заслуживающими чаадаевских плевков и пощёчин. Тогдашнее русское общество, увы, по своей глупости и наивности выбрало второе. Нет ничего омерзительнее того культа Чаадаева, который расцвёл в русском образованном классе. Собственно, именно тогда и стал возможен «семнадцатый год» и большевицкий террор – ведь все эти красивые, образованные, умные люди подписались на него тем, что не убили Чаадаева и не прокляли его «идеи». Но увы – они предпочли сделать вид, что «Письмо» их не задело. С тех пор русских безнаказанно оскорбляют (а также грабят и убивают – кого можно оскорблять, с тем можно делать вообще что угодно) вот уже сто восемьдесят лет.

С чаадаевских времён вся русская философия была по сути своей антирусской – поскольку всё русское в ней было заранее очернено и опоганено. Это касается ВСЕЙ «русской мысли» - поскольку ВСЯ она была так или иначе направлена против русских людей. Даже славянофилы назвали себя именно «славянофилами» - то есть «любителями славян» (кто это вообще?), а не защитниками русской нации и её интересов. О подобном они и помыслить-то не смели. О всех прочих нечего и говорить. Все наши местные мыслители думали ТОЛЬКО о том, кому принести русских в жертву, какому божку. Главным же врагом всей «высокой русской мысли» был русский национализм. Достаточно почитать хотя бы Владимира Соловьёва, который исходил ненавистью ко всему, что хоть чуть-чуть напоминало русское национальное чувство и желал принеси Россию в жертву полякам, евреям и «Европе в целом». И ведь католик и русофоб Соловьёв считается «очень русским православным мыслителем» - по сравнению с теми же «западниками», которые открыто сознавали себя европейскими агентами влияния в «дикой стране» и страстно желали её колонизации Западом (что и случилось в итоге).

Русское общество, русская литература, русская мысль – все ненавидели русских, даже в самих себе, и услужали англичанам, полякам и евреям. Каждая строчка, написанная этими людьми, была порождена трусостью, заключала в себе обман и вела к измене. Кто пытался говорить и писать что-то иное – тем не давали ходу, затаптывали, давили. Немногие русские люди, пытавшиеся противостоять всеобщей оргии разрусения, делали что могли – тот же Катков или, скажем, Меньшиков. Но, при всём уважении, они не были мыслителями. Я даже не имею в виду «философами» или «идеологами» - до этого нам и сейчас очень и очень далеко. Просто на русской стороне не было людей, умеющих работать со смыслами. Люди правильных взглядов были, да. Но они свою правоту не могли отрефлексировать, не могли взглянуть со стороны на неё, увидеть другими глазами, представить в иной форме. Они были правы – но и только, а этого мало.

Розанов же был именно МЫСЛИТЕЛЕМ. Даже выше – философом. Одним из немногих настоящих русских философов. Не состоявшимся в «профессиональном поле» - за что нужно сказать спасибо всё тем же самым разрусевшим. Неизвестно, впрочем, хорошо это или плохо. Не получив признания у «соловьёвых», он стал навеки любим всеми добрыми русскими людьми – как человек, говорящий о русских по-русски, с любовью и уважением. Это стоило профессиональной карьеры.

Очень характерно, что первая – никем не прочитанная и совершенно недооценённая – книга его называлась «О понимании». Книжка ученическая, с недовыведенными пятнами «русского гегельянства» (ужасная скука и пошлость), но совершенно гениальная в постановке вопроса. Розанова именно что интересовало – ПОНЯТЬ. И не просто понять, а «разложить».

Человек способен что-то понять в окружающей действительности только в том случае, если у него есть с чем её сравнивать. У некоторых людей это «с чем» есть. Я бы назвал это обострённым чувством нормы. Человек смотрит вокруг и недоумевает – почему всё устроено неправильно, нехорошо? Ведь должно быть иначе? И это «должно быть» у него откуда-то должно быть.В некоторых случаях это результат каких-то сознательных усилий. Скажем, чтения книжек. Человек, читавший и понявший «Политию» Аристотеля уже не сможет относиться к некоторым формам социального бытия как к чему-то нормальному и естественному. Но книги лукавы – ведь вместо Аристотеля ему может попасться и какой-нибудь Маркс, а то и Ленин или Лев Толстой. К тому же авторы книжек сами откуда-то брали свои идеалы. Так что самым надёжным является ЧУВСТВО НОРМЫ. У некоторых людей оно врождённое. И вот они-то и становятся мыслителями – потому что у них внутри есть это мерило.

Розанов этим чувством обладал. И главное – не давил его в себе, а жил по нему. Он ходил по русским улицам и не понимал – почему тут всё так странно и скверно устроено? Почему вдруг русскому человеку совершенно некуда пойти, а инородцу всегда есть куда? Почему великая страна, населённая великим народом, клонит голову под игом каких-то хмырей, особенно из-за черты осёдлости? Почему на плечах гиганта сидит цыганский табор, заплёвывает гиганту глаза и открыто собирается отпилить ему голову? Куда смотрит начальство и смотрит ли оно на это вообще? Или оно пресмыкается перед той же цыганской шайкой? Почему это всё вот так устроено в России – и нигде больше такого нет? Или вот ещё – почему, к примеру, какой-то паршивый развод (дело, по сути, гигиеническое) является страшной, нерешаемой проблемой? Ведь так не должно быть? Христос ведь этого не требовал? Кстати, а откуда у нас вообще вот такие установления и ещё такие? И вот это? А вон то?

Вот это «спрашивающее недоумение» - термин самого Розанова из его первой книги – и было той точкой опоры, с которой Василия Васильевича сдвинуть было нельзя. Других зашикивали, закрикивали, запугивали. А Василий Васильевич – маленький, рыжий, совсем не страшный – подслеповато щурился и говорил: А Я НЕ ПОНИМАЮ. На него с кулаками лезли, он моргал и говорил – НУ Я ПОДУМАЮ. И до чего-нибуд додумывался. Например, до «Обонятельного и осязательного отношения евреев к крови». Или ещё до какого-нибудь заведомого «неприличия», которое он ещё и публиковал – всё с тем же кротким и наивным выражением лица. «Я вот так вас понял, ну а что? а как? ну скажите тогда сами, как? не говорите? ну я ДАЛЬШЕ думать буду». И вне зависимости от того, «правильно» он – с нашей точки зрения – додумывал или «неправильно», это всегда было ЧЕСТНОЕ мышление. Которое не останавливалось ни перед чем – даже перед соображениями приличия, для мыслителей сплошь и рядом оказывавшихся непереступаемыми. Некоторые розановские идеи могут шокировать и сейчас – например, про древний Египет. При этом важно то, что ни малейшего намерения кого-то шокировать у него не было. «Было недоумение, я вот подумал и у меня получилось вот так».

Вовсе не удивительно, что Василий Васильевич был единственным русским человеком, которому пришло в голову сделать понятный и предназначенный для широкой публики перевод «Метафизики» Аристотеля. Аристотель ведь главный европейский мыслитель, так? Значит, нам нужно знать, что у него написано. И не только профессорам, которые убили десять лет на изучение греческого языка, но и всем вообще. Сам Василий Васильевич греческий разбирал так себе, так что нашёл соавтора, который готовил подстрочник. А Розанов читал и ПОНИМАЛ написанное. Понимал, кстати, очень глубоко и верно – «розановский» комментированный перевод кроет все остальные русские переводы Аристотеля, как бык овцу. Собственно, это единственный перевод, который вообще можно читать. Всё остальное – невнятица. Сделанная людьми, которые язык-то, может, и знали, а вот самим учением Стагирита даже и не интересовались.

Впрочем, это сейчас интересно только специалистам. Мы же покажем розановское ПОНИМАНИЕ на том примере, с которого начали наш текст – а именно на Чаадаеве. Розанов ведь и о нём тоже писал. Что он увидел в нём, в этом абортмахере русского самосознания?

А вот что он увидел:

"Губы! Губы! Пока не удались губы, я считаю портрет не начатым" - так однажды сказал Репин в разговоре со мною...

И вот я смотрю на "губы" Чаадаева и князя Одоевского в двух великолепных изданиях московского "Пути" (книгоиздательство М.К. Морозовой): в первом полном издании "Сочинений и писем П.Я. Чаадаева под редакцией М. Гершензона" и "Князь В.Ф. Одоевский. Русские ночи" в редакции С.А. Цветкова.

"Наконец Россия достигла состояния говорить с европейцами европейским языком: и этот первый говорящий - я", - говорят губы Чаадаева, этот маленький, сухой, сжатый рот, который даже на улыбку матери, наверное, не ответил бы чем-нибудь соответствующим. Впрочем, как-то и невозможно представить себе "мать Чаадаева", "отца Чаадаева" и его "танцующих сестриц": он вообще - без родства, solo, один, только с "знакомыми" в петербургском и европейском свете и "друзьями", беседующими с ним в кабинете, но причем не он их слушает, а они его слушают. И говорит он по-французски, как по-французски написал главный свой труд - знаменитые "Философические письма", напечатанные Надеждиным в "Телескопе": как бы русская речь была ему не совсем послушна и, может быть, несколько брезглива...

Лоб умеренный,..- и вся масса головы как бы сплывает в лицо, в массив щек и подбородка, которые будто говорят: "Вот - я первый у русских получил лицо: доселе были морды, по которым били (разумелось - "правительство"). Но я получил лицо, которого никто не посмеет ударить. И оно говорит только папе, и говорит оно только о предметах всемирной значительности, которые едва ли могут быть поняты по сю сторону Вержболова. Почему я и разговариваю по-французски". "Оттого рот у меня и маленький; я скажу немного слов, только папе и о всемирной истории: но ни одно слово о пустяках, к числу которых я причисляю, извините, и Россию, не вырвется из этого рта"...

Он говорил собственно папе; но как папе в то время было "некогда", то он и обратился с "Философическим письмом" к избранной петербургской даме, начав его: "Adveniat regnum tuum. Madame c'est votre candeur, с'est votre franchise, que j'aime, que j'estime le plus en vous". Т.е. по-русски, по бедному: "Да приидет Царствие Твое. Мадам, чистосердечие и прямодушие ваше - вот то, что я более всего в вас люблю и почитаю". И т.д.

В "Письмах" он развивал ту мысль, что стержнем всемирной истории служит религия; что в христианстве - этим стержнем служит церковь; что "все из рук Христа и апостолов" получили папы, отчего двинутая собственно папами Европа и достигла на всех поприщах великих успехов, великой гражданственности, великого искусства, великих наук и философии. Тогда как Россия и Восток... остаются деревней, не слушая католической мессы и не слушая красноречивых итальянских и французских проповедников, таких же бритых, как сам Чаадаев, и тоже с мясистым, грузным подбородком, говорящим о силе, уверенности и напоре воли...

По северным и петербургским обстоятельствам "Письма", как известно, попали не к папе и даже не к "мадам", а в скверную нашу цензуру, к сухому и почтительному "к начальству" Бенкендорфу... "Пошла писать губерния", Надеждин был сослан в Вологду, а к Чаадаеву должен был ежедневно ездить врач, свидетельствовать его умственные способности и, может быть, прописывать ему что-нибудь "успокоительное". Русские и тогда отличались великой сострадательностью: сострадая страждущему Чаадаеву, они в вознаграждение нарекли его гением, "угнетенным гением", и имя его и достоинство его пронесли до наших дней, до Гершензона, который издает его труды, письма и записочки очень кстати, потому что "Философических писем" его, по правде сказать, никто не читает и не читал, а так, вообще, знают, что "гений" и "претерпел".

Чем замечателен этот физиогномический якобы пассаж? ДОБРОТОЙ. Розанов ведь прекрасно понимал, ЧТО сделал Чаадаев и КАКИМ чудовищным злом он был для русских. Ну в общем всё то, что я написал выше. И говорит он, в общем, то же самое. Но если я выше говорил с открытой злобой, Василий Васильевич уничтожает Чаадаева деликатно, без грубости. Не скрывая при этом своей ненависти и презрения.

Например, в третьем абзаце Розанов вполне откровенно называет Чаадаева УБЛЮДКОМ. Но самого этого слова не произносит. Он его раскрывает в таких словах – «как-то и невозможно представить себе "мать Чаадаева", "отца Чаадаева" и его "танцующих сестриц": он вообще - без родства». Хотя смысл этих слов вполне понятен, и он концентрируется именно в этом слове. Или – что Чаадаев был, по сути, нерусским, и даже не владел русским языком, который к тому же платил ему аналогичным отвращением. Розанов пишет – «русская речь была ему не совсем послушна и, может быть, несколько брезглива». Как же УБИЙСТЕННО это сказано. А уж про папу, которому «было некогда» - это что-то запредельно прекрасное. И  наконец добивающее, удар мизерикордии – «русские Чаадаева пожалели». Опять же, Розанов прекрасно понимает, что глупое русское общество было БОЛЬНО Чаадаевым, что оно пласталось перед этим выродком и лобызало его руки. И что «Философическое письмо» было и остаётся «главным текстом русских либералов», семенем и корнем всего их учения. Но его это не устраивает – и он описывает русское общество как умное и доброе, которое мерзавца ПОЖАЛЕЛО и нарекло его гением «из сострадательности». Собственно, этот ход давал возможность добрым русским людям спокойно расстаться с «чаадаевщиной» - без ненужной экзальтации. И заняться делом почище – например, почитать доброго русского писателя, князя Одоевского. Чьи гениальные «Русские ночи» до сих пор не входят в «обязательный корпус русской литературы» (а чаадаевский hate speech входит). «Вот если бы этим славным человеком занялись бы, а бяку бы бросили» - говорит нам Розанов. И это совет ПОНИМАЮЩЕГО человека. Который не просто говорит глупому заигравшемуся русскому ребёнку «брось какашку», но даёт ему в руки хорошую чистую игрушку.

Это всего лишь единичный пример. Если же посмотреть, сколько в текстах Розанова – даже самых проходных, случайных – мудрости и доброты, то поневоле хочется сказать: вот он, наш учитель жизни, вот кого надо читать, почитать и почтительно слушать БУКВАЛЬНО ВО ВСЁМ. Даже его ошибки, провалы и огрехи заслуживают нашего благодарного внимания. Потому что он даже ошибался – правильно, то есть в русскую пользу, а не во вред, как это делали все остальные.

Я могу с уверенностью сказать: всё хорошее, что только было с тех пор сказано или подумано в нашей несчастной стране – от Розанова. Все русские люди бесконечно обязаны ему – ПЕРВОМУ РУССКОМУ МЫСЛИТЕЛЮ – тем немногим, что у них есть «в умственном плане». Только он, только он один дал нам пример подлинно национального мышления. От которого он и сам иногда отступал – но не нам его за это судить.

«Русская мысль», все эти Чаадаевы-Белинские-Соловьёвы-Бердяевы-Гумилёвы-Вернадскиеe tutti frutti,  - это одна сплошная, чёрная, унылая гадость, вся по сути антирусская и русским людям не нужная. Это тьма внешняя. И в этой тьме теплится свечечка, слабенький огонёк – книжки и статьи Василия Васильевича Розанова.

И свет во тьме светит, и тьма не объяла его.

Константин Крылов

Источник:  https://www.apn.ru/index.php?newsid=37706


Будущее южных Курил: сладкие иллюзии сейчас, горькие разочарования потом
vol_majya


Судя по набирающим обороты контактам в «высших эшелонах власти» России и Японии, в процессе добровольного отказа России от островов Малой Курильской гряды (на первом этапе это гряда островов Плоские, японское название Хабомаи, и о-ва Шикотан) стороны всё ближе продвигаются к решающему рубежу. В январе 2019 г. ожидается приезд министра иностранных дел Японии для согласования положений будущего мирного договора, над которым уже какое-то время плотно и не броско работают дипломаты с обеих сторон. Венчать вступление в этот качественно новый, ключевой этап будет визит в том же январе 2019 г. премьер-министра С. Абэ, приезжающего для «сверки часов» с В. В. Путиным.

Поскольку всё, что сейчас происходит, держится в секрете, а лидеры двух стран вообще встречаются по этому поводу один на один и хранят таинственное и многозначительное молчание или отделываются общими фразами, не остаётся ничего другого, как заняться предположениями и предсказаниями. Впрочем, с достаточной долей вероятности.

Прислушаемся и проанализируем для начала вызывающую тревогу терминологию. Нам преподносят, что весь переговорный процесс идёт «на основе» Совместной декларации 1956 г., то есть как бы ничего нового не происходит. Это было бы на самом деле так, если бы применялся термин «в рамках». Это не казуистика, тут есть существенное различие. «В рамках» термин гораздо более жёсткий, сковывающий этими самыми рамками, позволяющий лишь некоторую свободу манёвра, далеко из рамок выходить не полагается. Напротив, «на основе» выводит переговорные позиции на оперативный простор, «основа» или альтернативные термины«фундамент», «база» становятся лишь отправной точкой в решении президента России поступиться островами. «На основе» можно мигрировать широко, и влево, и вправо, пока стороны не наткнутся на приемлемые пункты текста будущего пространного мирного договора. И чем менее конкретнее он окажется, тем лучше для его скармливания общественности обеих стран.

Сразу оговоримся — на самом деле японцы всё это затеяли для получения не самых мелких островов южной части Курильской гряды, а более крупных: Кунашира и Итурупа. Они это намерение и не скрывают — об этом премьер С. Абэ говорит публично, просто малыми островами они берут как бы разбег. С нашей стороны на это однозначной негативной реакции нет, а значит, есть негласное согласие, только с отложенным действием. У В. В. Путина ещё пять лет пребывания у власти, вполне можно успеть. Самое интересное, как этот момент будет обыгран в готовящемся мирном договоре — не может же всё-таки президент России, как бы он ни хотел отдать (фактически продать) все эти территории японцам, подписать документ, где об этом будет прямо сказано ?! С другой стороны, японцы для своего внутреннего потребления стремятся в ясных формулировках оставить за собой право забрать все эти острова. Только самые наивные граждане нашей страны могут считать, что дело с островами остановится на самых неприметных из них. Для японцев стратегическая цель видна, очевидна, открыто декларируется и широко пропагандируется. Получается, что Россия сейчас помогает им создавать прецедент и вооружает этим аргументом для будущих островных приобретений.

Маневрирование идёт вовсю. Из Токио стали доноситься слухи, что там уже согласны ради получения островов называть этот акт «передачей», а не «возвращением». «Передача» — это наш принципиальный, железобетонный термин на всех переговорах, в Совместной декларации 1956 г. именно так и записано. То есть дарим, «передаём» своё собственное, а не спорное. Пресс-секретарь президента Д. Песков после сингапурской встречи В. Путина с С. Абэ успокаивающе ещё раз застолбил этот термин, сказав, что «автоматической передачи не будет».
Кстати, по поводу слова «автоматической». Это означает, что сама передача островов состоится, руководители об этом уже явно твёрдо между собой договорились, теперь дело за согласованными, хорошо звучащими для населения обеих стран условиями мирного договора. Как это ни парадоксально, но японцам приходится сложнее, чем нашим переговорщикам. Нашей власти надо представить российским гражданам передачу островов лишь как щедрый и великодушный подарок нашей территории, как жест доброй воли (хотя проявлять её по историческим причинам должна Япония, а не Россия). Слово «передача» безупречно открывает к этому путь. Правда, Кремлю предстоит ещё доказать российскому обществу, что отказ от островов ничего особенного собой не представляет, что в реальности мы ничем не жертвуем, а зато приобретаем какие-то существенные выгоды, как можно догадываться — экономические, хотя и только на бумаге. Как выкрутиться премьеру С. Абэ и японским дипломатам — это проблема. Ведь на протяжении десятков лет населению вбивали в голову, что острова отторгнуты силой, что они исконно принадлежали Японии. А значит, они должны быть именно «возвращены». Но, видимо, в Токио решили, что ради получения первых островов (группа островов Плоские / Хабомаи и о-в Шикотан), точнее ради начала процесса получения ВСЕХ островов южной части Курильской гряды, т.н. «северных территорий», практичнее будет не выпячивать своё упрямство, можно и проглотить болезненность русской терминологии. Тем более что победителей не судят, а получение для начала островов Малой Курильской гряды однозначно будет восприниматься в Японии как триумфальная победа настойчивости и воли всей нации, японского стойкого духа, крепкого, как меч самурая. И стимулировать на последующую энергичную борьбу за остальные острова — Кунашир и Итуруп, а то и за южную часть Сахалина.

Можно предположить, что российские переговорщики хотели бы зафиксировать на бумаге демилитаризованный статус островов, но вряд ли японцы это пообещают в простых и чётких формулах. Такое обещание в договоре, во-первых, будет ущемлять само понятие суверенитета, что для самоуверенных и наэлектризованных собственнической идеологией принадлежности островов японцев как кость в горле. Они же делают вид, что острова и так их по праву и всегда формально находились под их суверенитетом, просто возникла вынужденная пауза. Поэтому возникнет некая размытая формула.

Во-вторых, любые обещания не придавать островам военного статуса будут жить ровно столько, сколько у власти сможет находиться С. Абэ (очередной «друг» — на этот раз В. Путина) — т. е. до 2021 г. Как утешала Людовика XV его фаворитка маркиза де Помпадур: «После нас хоть потоп!» Японцы обязательно оставят для себя щель в своих письменных обязательствах и будут потихоньку её расширять. Начнут с округлых и успокаивающих терминов, которые имеют двойное толкование, а затем «ползучим образом» станут действовать в соответствии с тем толкованием, которое им нужно.

А то, что японцы — мастера по толкованию законов и какие они могут претерпевать изменения до неузнаваемости, подтверждается хотя бы ярким и неоспоримым примером — «Силами самообороны» Японии. После безоговорочной капитуляции в 1945 г. Конституция Японии формально запрещает иметь полнокровные вооружённые силы в привычном понимании. Статья 9 однозначно гласит: «Никогда впредь не будут создаваться сухопутные морские, военно-воздушные силы, равно как и другие средства войны». Так и было с самого начала. Прошли годы, и «Силы самообороны», созданные для обороны, борьбы со стихийными бедствиями и для предупреждения внутренних беспорядков превратились с помощью американцев в полноценную боеспособную армию, оснащённую по последнему слову военной техники. В мировом рейтинге военной мощи Япония заняла 7-е место (247 746 человек, резерв — 41,8 тыс. человек, не считая береговой охраны и иных военизированных формирований; мобилизационный ресурс оценивается в 29,2 млн человек). Эволюция постепенного «отпускания вожжей» японскими законодателями в отношении духа и буквы Конституции Японии идёт с начала 80-х годов — японские контингенты уже стали направляться за пределы страны в «горячие точки», морским силам самообороны разрешено действовать за пределами 200-мильной зоны от берегов Японии, узаконено право нанесения ударов по удалённым базам противника; создание корпуса морской пехоты для десантов, строительство авианосцев с американской авиацией на борту. Тон и энергию таким кардинальным военным преобразованиям сейчас задаёт сам премьер-министр С. Абэ. Именно он в обход Конституции провёл через парламент разрешение использовать Силы самообороны для участия в военных конфликтах за рубежом, «приходить на помощь союзникам и для защиты дружественных стран», даже если сама Япония не подвергается угрозе нападения. С. Абэ уже неоднократно предлагал модифицировать упомянутую статью 9 Конституции, поскольку «она больше не отвечает геополитическим условиям и должна быть изменена». В мае 2017 г. он даже установил предельный срок — до 2020 г., для пересмотра этого ключевого положения и узаконивания нового статуса и сферы деятельности Сил самообороны Японии.

Суть военных ограничений Основного закона Японии — Конституции — расползается, таким образом, за эти годы, а особенно во время премьерства С. Абэ, по швам. Что уж тогда говорить об обязательствах перед русскими по поводу островов, которые японцы считают своими, но временно оккупированными Россией?! Такая же участь постепенного разжижения духа и буквы планируемых договорённостей с Россией (имея на то непререкаемое одобрение в японских политических и общественных кругах) вполне может постигнуть и любые формальные ограничения, взятые на себя Токио по Курилам.

Президент России одновременно и успокаивает россиян, и посылает намёк японцам: «Надо ещё понять, под чьим суверенитетом будут находиться острова» (после их вручения в руки Японии). Намёк понятен — не подпадут ли острова под американский контроль? Ведь на 130 военных американских объектах в Японии японского суверенитета фактически не существует — там распоряжаются исключительно хозяева этих объектов. А этих хозяев ни много ни мало — 47 тысяч человек! Только на одной Окинаве американские базы занимают 18% её территории, фактически изъятой из понятия суверенитета. Японцы ворчат — ведь все «гости» содержатся на японские средства (свыше 5 млрд долларов в год), но в целом спокойно с таким положением уживаются. Тем более что США дали им сладкую конфетку — официально назвали своим «главным союзником вне зоны НАТО».

Можно даже не сомневаться, что американцы утвердят своё присутствие на островах южной оконечности Курильской гряды. Формально не на первых ролях, но фактически будут командовать. Весь тот плотный, масштабный и незыблемый уровень военного сотрудничества между Японией и США будет относиться и к островам, раз уж они становятся территорией Японии. Именно это и сказал в феврале 2015 г. министр иностранных дел Японии Ф. Кисида в ответ на вопрос в парламенте, будет ли Договор о безопасности с США распространяться на Курильские острова в случае их получения от русских. Будущий мирный договор термин «базы», а уж особенно с приставкой «иностранные», скорее всего, будет исключать или изящно обходить. Скажем, как вариант: «Японская сторона будет воздерживаться от придания этим территориям военного статуса». Или японцы повторят свои старые заверения нам, уходящие в 1960 г., о том, что действия других держав с территории Японии будут осуществляться «только для законных и объявленных целей». Что можно считать «законной целью» и где и в какой форме о ней может быть объявлено? Словом, зачем акцентировать на этом щекотливом моменте внимание граждан России, когда задача стоит противоположная — усыпить их тревоги? Да и не обязательно создавать там именно американские базы в прямом смысле этого слова, с требуемой американцами экстерриториальностью, которой они на своих военных объектах пользуются по всей Японии. Базы вполне могут быть японскими с американскими союзниками бок о бок, сидящими под одной крышей на соседних стульях. Сам термин «база», конечно же, будет изъят из обращения в грядущем мирном договоре, чтобы спасти лицо В. Путина во всей этой неблаговидной его затее. Но что такое «база»? — это ведь очень растяжимое понятие. Мы впоследствии станем, укоряя их, говорить: «Как же так, у вас там военная база, вы же обещали, что её не будет!», а нам ответят: «Расслабьтесь, это всего лишь «центр контроля», «пункт связи», «объект поддержки», «станция слежения» за рыболовецкими судами, для спасения терпящих бедствие, для чрезвычайных ситуаций, для обслуживания судов и мелких самолётов, вертолётов — для этого там развёрнута соответствующая инфраструктура: взлётно-посадочные полосы, склады, локаторы, аппаратура связи и прочее. Японцы могут даже пообещать, что ограничат тоннаж своих военных кораблей и катеров, заходящих на острова, — это будет звучать для успокоения нашей общественности эффектно. Причём сделать этот встречный жест якобы в рамках «укрепления доверия» японцам легко — они прекрасно знают, что порт с достаточными глубинами и удобная бухта имеется лишь на острове Итуруп. Но это обещание будет держаться, лишь пока они не создадут иные, дополнительные причальные возможности. Можно предвидеть и соответствующую военную модернизацию аэродромов на Итурупе под благовидным предлогом их ремонта и усовершенствования для гражданских самолётов — но это будут в точности объекты «двойного назначения». Более удобного места, с которого можно вести радиотехническую разведку, и не придумаешь.

Интересно, почему по поводу военных аспектов прорабатываемого договора вообще не слышно твёрдого голоса нашего Министерства обороны? Зачем на Итурупе и Кунашире была развёрнута 18-я пулемётно-артиллерийская дивизия и что с ней думают делать? Почему С. Шойгу ни разу не посетил Курилы и своих подчинённых там? Дисциплинированно хранит молчание и командующий Тихоокеанским флотом С. И. Авакянц. Видимо, наши высшие военные тоже получили команду искать формулировки, как публично объявить эти острова не имеющими военно-стратегической значимости. Задача непростая, нашим военным можно только посочувствовать.

Ожидаем также пропагандистскую обработку, девальвирующую и экономическую ценность островов: «скалы», «торчащие из воды камни», «морские отмели», «клочки непригодной для обитания земли», «лишние земли», одним словом. Но ни одно из этих определений уж точно не подходит под Кунашир и Итуруп — на них проживает свыше 14 тысяч человек, а также базируются сезонные рабочие рыболовного промысла, военные, пограничники. В массе своей наш народ не осознаёт, что от этих «клочков» по Конвенции по морскому праву отсчитывается эксклюзивная 200-мильная экономическая зона России, в которой мы разрешаем японцам (и не только японцам) за немалые деньги вести рыболовный промысел. Хотя на деле добывают там больше, чем разрешено, поскольку на браконьерство мы смотрим сквозь пальцы. А после того, как пожертвуем островами, сами станем покупать у новых владельцев — японцев — рыболовные лицензии. Как говорится, «почувствуйте разницу». У некоторых японцев иногда даже прорывается откровение, что сами по себе острова Малой Курильской гряды, в отличие от Кунашира и Итурупа, им и не нужны, главное их богатство на самом деле — рыбные ресурсы их акватории, беспрепятственный лов в этой зоне. Но и в этой области стоит ожидать успокаивающих наше общественное мнение формулировок — «совместное освоение рыбных запасов», «сотрудничество в производстве рыбных продуктов» (у нас до сих пор работают в море суда — консервные фабрики), «справедливое распределение объёмов лова» — можно с высокой долей вероятности предположить, что в Федеральном агентстве по рыболовству РФ сейчас лихорадочно ищут обтекаемые формулировки, чтобы оправдать потери будущих объёмов морских ресурсов. Ведь ни один из этих терминов, который мог бы на деле работать и без мирного договора, не работает, хотя к налаживанию сотрудничества на море стороны обращались не один раз. Так почему же дело сдвинется с места после подписания «там, наверху» очередной, новой бумаги?!

Интересен и гуманитарный аспект: что делать с россиянами, постоянно живущими на островах, после того как они отойдут Японии? Японский премьер на днях умиротворяюще пообещал, что будет учтено мнение местного населения, в любом случае, мол, ему не будет предписано покинуть места его обитания. Собственно, в этом и была скрыта японская идея «совместного освоения островов».То есть наши люди или становятся подданными Японии, или они остаются гражданами России, или для них будет введён статус двойного гражданства. Другого не дано. В любом случае они окажутся под японским суверенитетом со всеми вытекающими для них бытовыми последствиями (японские законы, правила, налоги, язык делопроизводства и проч.). Из недавнего прошлого мы знаем: японцы уже вели откровенный зондаж среди российского населения островов, а не выплатить ли персональную компенсацию за выезд навечно с этих территорий, назывались даже суммы таких выплат: от 50 тысяч до 100 тысяч долларов каждому (или каждой семье). Даже если взять по максимуму, сумма на выселение населения островов составит около 1,7 млрд долларов. Япония явно такой расход «потянет», причём он быстро окупится за счёт рыболовства, разработки полезных ископаемых, получения термальной электроэнергии. Да, если только С. Абэ бросит клич к частным пожертвованиям, можно и в 10 раз больше собрать — вся страна включится в финансовое донорство.

Незачем скрывать — наши люди живут там далеко не в достатке, подчас в неприглядных, а то и постыдных бытовых условиях. Премьер Д. Медведев в 2015 г. признал, что «острова отстают по качеству медицинской помощи и по образовательным услугам не только от среднего уровня по стране, но и по Сахалинской области». Немногое в этом смысле изменилось с тех пор. Да это и далеко не всё, что нужно там поправлять. Звонко звучавшие Федеральные целевые программы обустройства островов на самом деле осуществляются медленно, со скрипом, далеко не в полном объёме, финансирование стабильно сокращается. Средняя зарплата 20−22 тысячи рублей при ценах вдвое выше материковых. И не факт, что живущие там наши люди, не чувствующие должной поддержки своего государства (а им следовало бы выплачивать особые сверхнадбавки уже за то, что они своим присутствием держат этот российский форпост, энергичными темпами создать для них должную инфраструктуру обитания), откажутся от щедрости японского правительства. Надежды Токио на то, что для них сам по себе суверенитет без приправ мало съедобен, могут оправдаться. Зато нашему правительству не надо будет тратиться на переселение людей. Да и вообще деньги в острова вкладывать. Получается, что проигравших нет?

Нам могут сколько угодно внушать, что Кремль и МИД поставили перед японцами жёсткие условия в обмен на получение ими островов. Не стоит питать иллюзий — что бы нам ни сочинили для внешне эффектной бумаги и для успокаивающих заявлений, никаких рычагов реального давления у нашей страны после передачи островов просто не будет. Как их и не стало после фактически безоговорочного вывода группировки наших войск из Германии, что открыло путь НАТО к нашим границам. Но видно такая уж стезя у нас — вечно наступать на грабли, причём по воле только одного человека, того, кто находится в определённый момент у власти — будь то Хрущёв, Горбачёв, Ельцин или Путин. А потом начинаем запоздалый и бесполезный «разбор полётов» — как это мы так опростоволосились?!

Надо отдавать себе отчёт — японцы будут распоряжаться подарком России не по договору, а по своему разумению. Мы сможем лишь беспомощно стыдить их за нарушение обещаний, за новое толкование ими положений парадного, с помпой и пропагандистским обеспечением подписанного мирного договора, но что это изменит после передачи островов?! Только голос сорвём и мозоли на языке заработаем, а в ответ нам будут издевательски и триумфально ухмыляться, снисходительно похлопывая по плечу. Что ж, порадуемся за японцев — повезло им с соседями…

Подробности: https://regnum.ru/news/polit/2548139.html?t=1546608943&fbclid=IwAR35MK6WDquAL_Qnu9nOspDF1C0ynYIhoA1tir7f_oVfMHZjktp9nOW3R3Y


Перемога. Три варианта
vol_majya

В самый-самый канун Нового Года – единственного настоящего праздника дорогих россиян, других-то нет – когда уже рубятся оливьешки и парятся в духовках утки с яблоками, как-то не хочется писать о неприятном. А придётся. Потому что с этим нам придётся жить ближайший год – а точнее, ближайшие годы.

Я имею в виду украинский вопрос. Который именно в этом году обострился до того, что теперь у украинцев есть своя православная церковь, а от Порошенко требуют объявить войну России. Ну и до кучи – информация о том, что Украина готовит очередное наступление на Донбассе. Так что начала веселья можно ждать уже в Новый Год или в «пьяные каникулы».

Ничего особенно нового по этому вопросу я сказать не могу. Но некоторую ясность можно и внести.

Прежде всего. Нынешние российско-украинские отношения – такие, какими они являются на самом деле – не могут устаканиться в том же формате надолго. Это не тот «замороженный конфликт», какой имеет место быть у России с Японией. Потому что в случае российско-японского конфликта обе стороны не испытывают жгучей ненависти друг к другу: они давно заключили бы мир, но мешает национальная гордость и национальные же интересы. Курильскую проблему можно рассматривать как клин, НАВЕЧНО вбитый между русскими и японцами – чтобы они никогда и ни при каких обстоятельствах не договорились бы. Так и будет, даже в том случае, если Путин отдаст острова: конфигурация конфликта такова, что японцы воспримут это как капитуляцию и захотят дальнейших территориальных уступок, так что вместо курильской мы получим «сахалинскую», например, проблему. Но важно тут то, что ни одна сторона не хочет решать конфликт военным путём.

С Украиной ситуация принципиально иная. Украинцам НУЖНА ВОЙНА. Только война с Россией может оправдать всё то, что они уже сделали, и то, что ещё собираются. С войной связаны и все их надежды на лучшее будущее. Почему – мы рассмотрим ниже. Пока это следует принять как факт: Украина ГОТОВА к войне с Россией и уже ХОЧЕТ, чтобы эта война началась. Этого хотят даже те, кто в войне лично участвовать не собирается, а собирается бежать (может быть, в ту же Россию). Потому что одно дело – лить кровь на передовой, а другое – пользоваться плодами победы (или поражения: оно тоже иногда плодоносно, особенно в случае войны с путинской РФ).

Что касается РФ, тут всё сложнее. «Нужна» России война с Украиной или «не нужна» - вопрос так не стоит. Россия не является независимым государством и делает то, что ей прикажут (в лучшем случае – разрешат). Однако руководство России понимает, что оно получит в случае войны и как можно воспользоваться любым её исходом. Ни один из этих исходов не является для режима фатальным, зато все имеют какие-то плюсы. Которые режим и постарается с ситуации стрясти.

Так что имеет смысл рассмотреть варианты развития русско-украинского конфликта именно в этой перспективе.

Не будем тянуть кота за уши и сразу предложим три варианта развития российско-украинского конфликта. Среди которых – уж извините – я не вижу ни одного «хорошего». Однако разница между плохими и очень плохими всё-таки просматривается.

Вариант 1. Откладывание конфликта.

Это не то чтобы что-то решает, но технически возможно. Россия пока ещё способна отложить горячую фазу конфликта на несколько лет. Украина в этом отчасти заинтересована: армия должна получить новые вооружения, а украинцы должны дойти до понимания того, что убивать москалей и в самом деле легко и приятно.

Одновременно с этим должна быть решена задача окончательного удушения ДНР и ЛНР.

Теперь уже ни у кого, кажется, не осталось сомнений, что «республики» не нужны путинской РФ ни в каком виде. Россия донецким «ничего не обещало». Более того, оно убеждено, что само существование ДНР и ЛНР – это историческое недоразумение. Его нельзя ликвидировать сразу, потому что репутационные потери будут слишком велики. Республики должны ТИХО УГАСНУТЬ – причём «тихо» тут понимается в чисто пиарном смысле. Медленно, больно и крайне унизительно (вот это особенно важно, и это обеспечат) Новороссия должна умереть не только как реальность, но и как идея тоже. Все, кто на волне настроений 2014 года поддержал русское восстание, должны устыдиться своей глупости и навсегда заучить, что русские восстания кончаются плохо для самих же русских.ВСЕГДА. Что касается донецких, они должны сами приползти – на брюхе, глотая слёзы – к украинцем. И униженно просить их принять их обратно, поскольку Россия их обманула и предала.

Сценарий тут возможен такой. После долгой и унизительной агонии в ДНР к власти приходят не просто ручные люди, а просто московские чиновники. Которые «во исполнение Минских договорённостей» начинают процесс «реинтеграции отдельны[ районjd Донецкой и Луганской областей с особым статусом в украинское правовое пространство». Процесс будет состоять в том, что все, кто можно, оттуда сбегут, а оставшиеся – сдадут дела украинцам и прижукнутся.

Кончается всё тем, что Путин даёт украинским партнёрам кредит (безвозвратный, разумеется) в 10 миллиардов долларов.

Вариант 2. Победа Украины в лайт-варианте.

Не стоит думать, что Украина не может победить Россию – или хотя бы добиться такого положения дел, которое может быть воспринято как победа. Например, вполне возможен образцово-показательный захват территорий ДНР и ЛНР.

Правда, после этого придётся делать то же, что было сделано в Славянске – то есть одновременно проводить чистки и при этом бросать в регион средства, чтобы продемонстрировать там образцово-показательную украинизацию. Но с деньгами поможет Россия (которая сейчас является главным партнёром Украины и постоянно снабжает своего противника деньгами и ресурсами), а также Запад (который всё с меньшей охотой, но всё же подкармливает украинцев).

Подобный вариант вполне устроил бы нынешнюю Россию, особенно в случае сохранения Крыма. Но вот это как раз и маловероятно: почувствовав вкус победы, украинцы не смогут не попытаться отбить полуостров. Что противоречит уже не только российским интересам, но и интересам тех, кто стоит за спиной РФ.

Тут, однако, можно поразыгрывать всякие спектакли на публику, суть которых – в том, чтобы оставить с чувством глубокого удовлетворения всех. Сумела же Грузия конвертировать окончательную потерю Абхазии в блестящую победу – получение миллиардов евро, окончательную ликвидацию российского влияния, новую позицию в мировом раскладе? Почему бы не произвести нечто подобное на Украине?

Вот один из сценариев. Украина нападает на Донецк и Луганск, наматывая защитников республик на гусеницы «Оплотов». Русских режут и сжигают заживо, мировое сообщество смотрит куда-то вверх и влево, ничего этого не замечая. Наконец, Россия вмешивается. Российская армия выжимает украинцев с занятых территорий.

И что же? Мировое сообщество воет волчьим хором о вторжении русских на святую украинскую землю. В Москве каждый день проходят миллионные манифестации проукраинцев (их почему-то разрешают). Какой-то честный фотограф тиражирует снимки украинского ребёнка, задавленного русским танком – это печатают все мировые СМИ. Русские глупо и неумело врут в телевизоре. Но тем не менее продвигаются – и вот уже впереди маячит Мариуполь. Путинские патриоты шумно празднуют победу, которая уже на горизонте, и вот…

В этот момент в Москву прилетает президент… ну, например, Исландии, Путин с ним встречается и «что-то такое происходит». После чего российские танки, теряя гусеницы, драпают с территории Украины. Что, естественно, воспринимается всеми украинцами как победа: «наши побили русских».

Путинские патриоты кричат о предательстве в верхах и клянут кого попало, включая Суркова, Володина и даже Чубайса. В самый последний момент несколько танков под командованием какого-нибудь самозваного «майора Петрова» всё-таки остаются в Донецке и дают бой на окраине города. Естественно6 все гибнут, российское телевидение скармливает зрителям картинку – «вот как сражаются и умирают русские!» Смерть русских, как обычно, записывается в «моральную победу», на фоне которой реальная потеря ДНР и ЛНР как-то меркнет - особенно если добавить, что «сами украинцы были восхищены мужеством русских солдат», в таких случаях даже слово «русский» разрешается. Этот нехитрый приём обычно работает.

На Украине праздник, горячие головы требуют продолжения банкета и захвата Кубани. Порошенко, хмуря брови, объясняет, что с военной точки зрения Кубань можно было бы захватить за два дня, но Европа не разрешает, а нам важен европейский путь развития…

Кончается всё тем, что Путин даёт украинским партнёрам кредит (безвозвратный, разумеется) в 30 миллиардов долларов.

Вариант 3. Победа России в хард-варианте.

Это, пожалуй, самое страшное, что может случиться с Родиной и с нами.

Вот только представьте. Российские танки, рыча, пересекают границу. Вот они идут через Донецк, осыпаемые цветами. Вот взят Мариуполь. Вот Одесса пала. А вот, наконец, российские войска входят в Киев… Порошенко бежит в Грузию (или на Гаити), на его место садится «пророссийское правительство» - весьма вероятно, во главе с Януковичем. «Мы победили, ура-ура».

А теперь подумаем, ВО ЧТО нам этот праздник обойдётся.

У Путина есть всего одна модель победы – чеченскя. То есть побеждённых нужно заливать из брандспойта потоками денег и предоставлением им сверхпривилегий. Тут уже какими-то жалкими 10 или 30 миллиардами не обойдёшься.

Итак, нас ждёт вот что.

Во-первых, завоёванная Украина ни в коей мере не потеряет своего суверенитета. Да никто и не позволит этому случится на международном уровне. Украина останется суверенным государством. Всё, что можно будет добиться от «пророссийского правительства» - так это подписание каких-нибудь «соглашений». Неважно даже, что там в них будет: украинская сторона подотрёт ими гузно при первом же удобном случае. При этом, даже уже подтеревшись ими, Москву она заставит эти соглашения выполнять.

Далее. Крым никто российским не признает, а вот Донецк и Луганск оставят «в составе единой и неделимой Украины» уже с полным на то основанием: Украина же теперь ведь «вся наша», зачем им независимость? Руководители республик расскажут, что они всего добились, что теперь у них нет никаких противоречий с украинскими властями и т.п. И благополучно сдадут всё и вся киевским чиновникам. Которые через пару лет, конечно, их всех посадят за измену Родине – если те не смогут удрать хоть куда-нибудь. Но, боюсь, за этим присмотрят. Как и за всеми русскими добровольцами и ополченцами. На которых украинцы наштампуют уголовных дел – как чеченцы на русских военных в Чечне. Дело Лапина помните? Дело Аракчеева помните? Вот таких дел будут СОТНИ. И каждое из них будет виснуть на России как навозная лепёшка.

Далее. Сразу же после победы над Киевом в Москве будет принята Федеральная целевая программа «Восстановление экономики и социальной сферы Украины». Она будет включать в себя расходы на ликвидацию последствий войны (за каждый поваленный коровник будут платить как за дворец) и на развитие. Общий бюджет составит всего-то около 5 миллиардов долларов. На вопросы «почему мы должны кормить украинцев» правительством будет дан ответ в духе «мы в ответе за тех, кого победили»… Да, забыл сказать: речь идёт о 5 миллиардах В ГОД. И каждый год эта сумма будет немножечко увеличиваться.

Отдельной строкой пойдут добровольно-принудительные инвестиции. Весь российский бизнес будет обязан сдать на Украину немножко денежек. Например, на развитие сельского хозяйства этой замечательной страны. Не без внимания останется и рекреационный потенциал – к кавказским курортам (столь славным) прибавятся украинские. Кстати, крымскими курортами будет заведовать та же структура. Всё вместе обойдётся ещё в 3-4 миллиарда.

Это не всё. Чтобы помочь Украине встать на ноги, будут установлены льготные цены на бензин и электричество. По факту для украинцев российское электричество будет бесплатным – они просто не будут за него платить. Бензин будет продаваться по сложным схемам, но тут уж всякий знающий человек расскажет, как это всё оформится и какие вкусные денежки отсюда потекут.

При этом жители Украины – что украинцы, что русские – будут настроены дико антирусски даже по сравнению с нынешним уровнем. Себя же украинцы будут чувствовать одновременно героями и удачливыми хитрецами, севшими на шею глупому врагу. Издеваться над русскими будут ну просто всячески, и это будет весело, изобретательно и совершенно по месту.

Более радикальные товарищи начнут партизанить. То есть в Киеве и прочих таких местах всё время будет что-то гореть, взрываться, а чаще – просто обливаться жёлтой и синей красками. Каждое такое деяние будет подаваться как ещё одна победа над оккупантами. Но этим дело не ограничится: российских военных начнут убивать, благо есть кому. Российское же командование всё это будет сносить и утираться, а солдатам в очередной раз прикажет всё терпеть и не поддаваться на провокации. Даже когда внутренности очередного русского солдатика развешают на каком-нибудь заборе.

Всё это решительно изменит народные настроения. Если танки в Киеве вызовут взрыв патриотизма, то всего через годик-другой после победы всеобщим настроением будет настроение «на кой нам эта Украина проклятая, черти б её взяли». У либеральной оппозиции начнётся непрекращающийся праздник: они будут выступать в белых одеждах с позиции абсолютной моральной правоты. А вот слова «партиот» и «идиот» слипнутся НАМЕРТВО.

Покушение на Путина совершится, когда он повезёт в Киев 40 миллиардов долларов кредита (безвозвратного, разумеется). Естественно, неудачное, но Путин намёк поймёт и возьмёт на себя повышенные обязательства по выплате дани, так что даже официальная её часть увеличится до 50 миллиардов.

И всё это будут только цветочки. О ягодках я лучше помолчу.

Возможные возражения

ВОЗРАЖЕНИЕ 1.  Этого не может быть!

ОТВЕТ.Это всё УЖЕ ЕСТЬ. Называется Чечня. При этом Путин и его окружение считают, что там «всё ну просто отлично получилось». Удачные решения обычно тиражируются, не так ли?

ВОЗРАЖЕНИЕ 2. У Путина не хватит денег на то, чтобы кормить ещё и Украину, да ещё давать ей столько!

ОТВЕТ.«Папа, водка подорожала, ты будешь меньше пить?» - «Нет, сынок, ты будешь меньше кушать». Русских обдерут до голой кожи, до абсолютной нищеты, а деньги свезут на Украину. И нам же ещё объяснят, что это наш священный долг – кормить украинцев.

ВОЗРАЖЕНИЕ 3. Рейтинг Путина упадёт, народ взбунтуется!

ОТВЕТ.«Рейтинг Путина» - обычный манипулятивный инструмент. Когда человеку говорят, что все вокруг любят капусту, он и сам начинает её любить – или говорить, что любит, чтобы не выделяться. То же примерно и с Путиным. Но этот инструмент является именно инструментом. Что касается бунта – никаких бунтов не будет, нищие не бунтуют.

ВОЗРАЖЕНИЕ 4. Не могут же они!..

ОТВЕТ. См. ответ на возражение 1. Могут, МОГУТ.

На этой оптимистической ноте мы и завершим наше выступление. С Новым Годом!

Константин Крылов

Источник:  https://www.apn.ru/index.php?newsid=37667&fbclid=IwAR31J5tLiAJziIDDPQxLPP96Rb7o9iSweXgfJoRa3i3sA_FC3mpH-U4vqws


Что же будет с Родиной и с нами? Краткий прогноз на 2019 год
vol_majya

Канун Нового Года – подходящее время для гаданий и предсказаний будущего. Мы не хуже прочих: займёмся же этим сами.

Начнём с нашей газоспасаемой державы. Интересно же.

Начнём вот с чего. Если власть, эксперты и международные прогнозисты дружно говорят, что у нас впереди золотая эра, то, весьма вероятно, они лгут. Если же нам говорят, что впереди нас ждут трудные времена и надо затянуть пояса, то, весьма вероятно, это правда. Так вот, России абсолютно все предсказывают ОЧЕНЬ плохие времена.

При этом самое важное – то, что это первыми говорят именно те, от кого зависит наше положение.

Эксперты из Минэкономразвития, разводя руками, говорят, что экономика находится в стагнации, «потому что санкции и вообще». Нет, развитие какое-то обещают – процентик в год (то же говорят и эксперты МВФ). Однако все шапкозакидательские разговоры об «импортозамещении» и т.п. как ветром сдуло. Выснилось, что не только «искандеры» никого не пугают, но и пресловутые путинские сверхзвуковые ракеты. А вот санкции работают, как асфальтовый каток – медленно, но верно.

Так что в будущем году бюджетники и пенсионеры никаких особых добавок к обычному скудному корму не получат, и даже инфляционные компенсации вряд ли будут. Зарплаты в бюджетной сфере обещают заморозить. И это не всё – грядёт волна увольнений. Она, собственно, началась уже в прошедшем году, но полного размаха можно ожидать именно в следующем. Причём под молотки первым угодит именно российский псевдосредний класс – всякие «белые воротнички»: московские и питерские менеджеры, банковские работники, и т.п. То есть с ними будет то же, что с собачкой, которой дали кусок сала на верёвочке: собачка проглатывает сало, а потом его выдёргивают прямо из желудка. Так и здесь: вкусив краешка более-менее нормальной жизни и даже поездив по миру, эти товарищи вынуждены вновь опуститься до уровня работяг.

И на этом процесс не остановится. Прогнозируется всплекс массовой безработицы – не на проценты, а на десятки процентов. Учитывая, что наша официальная цифра – 5% - уже не вызывает никакого доверия, чаще говорят о 15%. Если учесть ещё и то, что ряд профессий в России являются скрытой формой вэлфера, можно ожидать очень скверного будущего. На улицу будут выброшены миллионы людей.

Если читатель, дойдя до этого момента, сделает вывод, что всё это приведёт к каким-то волнениям, он сильно ошибётся. Напротив, все это обстоятельства УКРЕПЛЯЮТ путинское государство. Которое вполне сознательно приняло решение опустить уровень жизни россиянчиков.

Вопреки распространённому мнению, нищие не бунтуют. Нищие заняты поисками еды, им не до протестов. Если же при этом хорошо кормить силовиков – то есть карателей, нужных именно для закошмаривания населения – ситуация становится абсолютно стабильной. Нищий и забитый народ не взбунтуется НИКОГДА. Единственное обстоятельство, которое не позволяет использовать этот приём повсеместно – так это то, что нищие продаются за медных грош и доброе слово. То есть любой иностранный шпион с мешком риса и минимальной силовой поддержкой может учинить массовый бунт. Однако России это не грозит – так как в существовании этой дойной коровы,  которую мумукает весь мир, заинтересованы решительно все. Так что никто не поможет – а значит, ничего и не будет. По крайней мере, пока силовики и феесбисты лояльны существующей власти. Поэтому она будет раскармливать их любой ценой.

Впрочем, фигуру «человека с мешком риса» - у нас это Навальный – оставят. Фигура эта ложная: у Навального нет риса. Однако он нужен хотя бы в целях контроля за ситуацией – если уж даже за Навальным идут, значит, нужно что-то подкрутить. В ту или иную сторону.[1]

Что касается легальных способов выражения своего недовольства – например, выборов – то и здесь у начальства всё хорошо. Найден механизм, который позволяет справиться с протестным голосованием. Да, во Владимирской и Хабаровской областях, а также в Хакасии, оно имело место. Это мобилизовало начальство, и оно показало свою силу в Хакасии. Протестное голосование не прошло. И больше не пройдёт – поскольку все гаечки аккуратно прикручены в нужной плепорции. Это будет какое-то время работать.

Что касается излюбленного времяпрепровождения россиянских «спецслужб» - то есть закошмаривания русских – оно продолжится. В 2018 году было дело «Артподготовки» и «Нового величия». В 2019 нам тоже не дадут скучать: запугивание людишек продолжится по полной программе.

Интересные происходят в области интернета. Недозакрытие Телеграма и частичная декриминализация 282-й статьи (причём явно подразумевающая именно прекращение серьёзных уголовных дел «за лайки вКонтактике») указывает, что интернет рассматривается российскими властями как полностью подконтрольная им территория. Но расслабляться не следует: в тюрьму за лайк не посадят – так штрафами замучают.

Главным внешнеполитическим сюжетом для России будет война с Украиной. Об этом я напишу отдельную статью прямо под Новый Год, а пока перейду к международным делам.

Основным событием мирового уровня является холодная гражданская война внутри США. Если коротко – впервые за всю историю этой страны проигравшая коалиция (демократы во главе с Хиллари Клинтон) после проигрыша на выборах не ушли в тихую оппозицию, а не смирились с результатами и жаждут образцово-показательной расправы над Трампом, то есть импичмента. Что, скорее всего, разрушит политическую систему США. Но их это не беспокоит: они чувствуют «мировую поддержку» (прежде всего британскую) и искренне считают себя силами добра и света, которых остановили в полушаге от окончательной победы. Люди таких убеждений способны решительно на всё. Чудовищная антитрампистская кампания, которую они развернули, может сравниться только с «борьбой с проклятым царизмом» в России конца позапрошлого века. Когда «всё прогрессивное общество» в едином порыве разрушало Российскую Империю

Трамп является единственным президентом США за последние двести лет, который пытается выполнить все свои предвыборные обещания. На этом держится его нынешняя легитимность. Но увы – именно этого ему делать и не дают. Чтобы не ходить далеко за примером: Трамп даже не может отстроить обещанную стену между Мексикой и США, поскольку все его усилия в этом направлении саботируются.

Чтобы было понятно, о чём речь. Мексика – а точнее, её наркокартели – являются главными производителями наркотиков для Америки. Мексиканские «рабочие-нелегалы» являются теми, кто провозит – а частично и распространяет – наркоту. То же самое имеет место в России, но здесь на наркотизацию социальных низов смотрят сквозь пальцы, а 228 статью УК рассматривают как средство посадить кого  угодно. В Америке же с этим и в самом деле организованно борются, особенно же с ЧУЖИМ наркотрафиком. Стена могла бы существенно облегчить решение этого вопроса. Проблема в том, что стена – как и любая другая стена, включая средневековую – это прежде всего люди.Стена не защищает сама себя, это лишь средство, позволяющее контролировать границу. Если к стене не прилагаются армейские части, она не нужна. Но если они есть, никаких особенных усилий не нужно: достаточно классического рва, земляного вала и датчиков движения (которые в американской армии регулярно списывают в огромных количествах – их бы и поставить сюда). Собственно, Трамп именно это и хотел сделать. И сделал бы, если бы не прямой саботаж – то есть требования бесконечно открытых аукционов, казуистические ограничения по использованию армии и т.п.

Ровно тем же самым, скорее всего, объясняется и анонсированный вывод войск из Сирии. Впрочем, анонсировать – не значит вывести на самом деле. Тем более, что Трамп официально передал Сирию не кому-нибудь, а Эрдогану (что означает, что курдов бросают в пасть туркам). В общем, тут всё довольно мутно. Но даже само подобное заявление – это свидетельство того, что Америку (я имею в виду настоящую, трамповскую Америку) утеснили по всем фронтам. Как и запрещённую на территории РФ организацию ИГИЛ (Халифат, как они себя называют), у которой всё очень не слава Аллаху. Как и у Трампа, который вынужден управлять Америкой через твиттер (поскольку госструктуры управляются его врагами процентов на семьдесят).

Что касается Европы. Вероятнее всего, 2019 год буде для европейцев годом КОРРЕКЦИИ КУРСА. Не смены курса – Боже упаси, они этого совсем не хотят! – а именно что коррекции. Со стороны это, вероятно, будет выглядеть как некоторое «поправение». Можно даже ожидать разговоров о «правом ренессансе». Разумеется, его не будет. Настоящих правых в Европе мало, на погоду они не влияют. А то, что есть – это так, «исполняющие обязанности». Тем не менее, те же «жёлтые жилеты» во Франции – а теперь и не только во Франции – внушают известный интерес: их требования уже пересекли черту дозволенного. Однако Европа вообще и Франция в особенности отлично умеет обновляться через бунты. Всем бы так.

Что же касается дорогих россиян – я бы посоветовал им переслушать старую песню группы «Барто». Осторожно, ненормативная лексика.

ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Из чего вовсе не следует, что Навальный – «кремлёвский проект» или что-то в этом роде. Сам Навальный может и не знать, для чего его используют власти – или даже знать, но считать, что он их переиграет (не сейчас, так на следующем этапе). Кстати, это не является совсем уж невозможным делом.

Константин Крылов.

Источник: https://www.apn.ru/index.php?newsid=37664&fbclid=IwAR2V4HKdp3VjB-2Oa8_3f-j2VlExdfmgk1YNSf5-XzjzQGgEYXRgfR61ngM



Ликвидация этнофедерализма
vol_majya

В сентябре 2017 года в Уфе на несанкционированный митинг собралось несколько сотен башкирских активистов. Они требовали сохранить обязательное изучение башкирского языка во всех республиканских школах вне зависимости от национальной принадлежности учеников и пожеланий их родителей, а также учитывать национальность чиновников при назначении на руководящие посты в республике. Организаторов митинга попыталась задержать полиция, но толпа помешала ей это сделать.

В октябре 2018 года в Магасе и других городах Ингушетии прошли многотысячные митинги против проведенной административной границы с Чечней. Протестующие танцевали зикр, вайнахский танец войны, охрана Юнус-Бека Евкурова стреляла в воздух, а Рамзан Кадыров в сопровождении многочисленного вооруженного кортежа наведывался к ингушским лидерам, особенно активно выступавшим против новой границы. 

Это всего лишь пара новостей за последний год, наглядно демонстрирующих огромный конфликтогенный потенциал российского этнофедерализма. Конфликты, связанные с существованием национальных республик, прорываются наружу даже сквозь мощный слой асфальта, в который за последние годы была намертво укатана любая политическая и общественная активность. Можно только догадываться, насколько пышно такие конфликты расцветут в период разморозки системы. Единственная возможность этого избежать – приступить к ликвидации этнофедерализма уже сейчас, не дожидаясь, пока семена, посеянные большевиками в 1920-е годы, дадут новые кровавые всходы.

Российский этнофедерализм - токсичное наследие Ленина

Что такое этнофедерализм? Это федеративная система, призванная отражать этнические особенности населения. В жестком варианте этнофедерализм предполагает, что все субъекты в составе федерации созданы в соответствии с языковыми и этническими границами. Это случай бывшей Югославии или современной Эфиопии. В мягком варианте этнофедерализма по этническому принципу созданы лишь отдельные федеративные субъекты, а все остальные выделены по территориальному принципу. Это случай Канады с провинцией Квебек. В мире существует, по разным подсчетам, 24 или 27 федеративных государств, и лишь около половины из них, включая Россию, реализуют этнофедерализм или его отдельные элементы. Даже очень крупные федеративные государства с этнически и неоднородным населением, такие как Бразилия и США, прекрасно обходятся без этнофедерализма. Несмотря на наплыв немцев в XIX веке, Миннесота официально так и не стала немецким штатом. Флориду тоже, кажется, не спешат переименовывать в испанскую республику. Опять-таки, в Бразилии нет особых штатов для белых, афроамериканцев, креолов и индейцев.   

Теперь давайте взглянем в этой перспективе на Российскую Федерацию. Если верить официальному дискурсу, то Россия – это страна, отличающаяся повышенной многонациональностью. Но в реальности на фоне остальной Европы мы мало выделяемся в этом отношении. Напомню, что, по данным Всероссийской переписи 2010 года, 83% населения России составляют русские и плохо отличимые от них украинцы. Для сравнения, доля словенцев в населении Словении равна 83%, доля болгар в Болгарии – 85%. Но никому не приходит в голову выпячивать многонациональность этих стран на первый план. В их конституциях вы не найдете слов о многонациональном народе. Да и обзаводиться венгерскими, турецкими или цыганскими республиками в своем составе Болгария и Словения тоже не спешат.  Если оперировать голыми цифрами, то Россия - это страна с абсолютным преобладанием русского населения и небольшими вкраплениями этнических меньшинств, удельная доля каждого из которых крайне незначительна.

Россия уникальна не наличием нескольких десятков малых народностей, исчисляемых десятыми и сотыми долями процента, а тем, что в рамках федеративного устройства многим из них предоставлена собственная государственность. В составе Российской Федерации помимо 55 областей и краев, существующих на правах чисто территориальных единиц, имеется еще 21 национальная республика  (вместе с Крымом - 22), 4 автономных округа и 1 автономная область. Итого 26 субъектов (если не считать Крым), созданных по национальному признаку. Это очень много в масштабах мировой практики – на всю Индию, где живет 1 млрд 300 млн человек и невообразимое число этнических и языковых групп, приходится всего 29 штатов.  200-миллионная Нигерия – вот уж действительно многонациональная страна – обходится 36 штатами. И только в России, где в отличие от Нигерии и Индии наблюдается полное доминирование одной этнической группы – вдруг появилась целая россыпь маленьких, но гордых национально-территориальных субъектов.

Как это произошло? Российская империя из-за наличия огромных инородческих территорий была гораздо более этнически неоднородной страной, чем современная Россия. По данным переписи 1897 года великороссы составляли всего 44% ее населения. Тем не менее, вся эта многонациональность прекрасно укладывалась в рамки губерний, созданных по территориальному признаку, если не считать совсем уж колониальных окраинных образований вроде Хивинского ханства, Бухарского эмирата и княжества Финляндского. Народы Поволжья, которое сейчас пестрит шестью национальными республиками и таким же количеством областей, веками довольствовались в два раза меньшим числом губерний – Симбирской, Казанской, Уфимской… Историческая многонациональность России, о которой у нас так любят говорить, не сказывалась на внутреннем территориальном делении, она не была институализирована. И в самом деле, какая же это дружба народов, если мы начинаем делить наш общий дом на «твое» и «мое».

Поделить европейскую часть России и Сибирь на обособленные национальные территории  было идеей Владимира Ленина. Конечно, до революции идея федерализации была популярна у многих политических сил, начиная эсерами и заканчивая кадетами. Но при этом разговор шел о предоставлении областной автономии лишь совсем крупным окраинным народам с развитой культурной традицией – армянам, грузинам, украинцам на худой конец, не говоря уже о финнах и поляках. Но никто не помышлял о том, чтобы снабдить собственными территориально-политическими образованиями мелкие этносы вроде черемисов и вотяков, у которых порой отсутствовала даже собственная письменность. Это было чисто ленинское ноу-хау. «Почему не может быть автономных национальных округов с населением не только в 1/2 миллиона, но даже и в 50 000 жителей», - писал Ленин в 1913 году, и после победы большевиков поспешил воплотить эту идею в жизнь. Необходимость  мелкого дробления новорожденного советского государства по национальному признаку, судя по стенограммам съездов РКП(б), вызывала множество вопросов даже у ближайших соратников Ленина, но вождь пролетариата был непреклонен. Надо ли говорить, что русским, этому «народу-угнетателю», собственные республики и автономные области не полагались.

Спустя 70 лет Советский Союз распался по тем внутренним национальным границам, которые были проведены большевиками. Конечно, едва ли можно горевать об отделении, пользуясь терминологией Александра Солженицына, «азиатского подбрюшья», однако потеря Северного Казахстана и Восточной Украины действительно была русской исторической катастрофой, последствия которой, по всей видимости, уже неисправимы. Не так давно Владимир Путин, очевидно имея в виду эти события, заявил, что Ленин, отстаивая принцип автономизации, подложил «атомную бомбу под здание, которое называется Россией», и она потом рванула.

Надо сказать, что по аналогичным причинам погибла еще одна этнофедерация – Югославия. До Второй мировой войны королевство Югославия делилось на девять бановин, причем их границы – это было сделано совершенно сознательно - не совпадали с расселением основных этнических групп. После победы коммунистов в 1945 году Иосиф Броз Тито, ориентируясь на своего тогдашнего союзника Сталина, сконструировал обновленную Югославию на советский лад. Прежние бановины были упразднены, и югославская территория была поделена по национальному принципу на шесть социалистических республик, причем в составе республики Сербия – опять же по образцу РСФСР – были выделены еще два автономных края, одним из которых стало печально известное Косово. К чему это потом привело, мы все знаем – как только вертикаль власти Тито рухнула, созданные им национальные республики разбежались в разные стороны, попутно вышвыривая сербское население.

Этнофедерализм – бомба замедленного действия

Таким образом, советская этнофедеративная модель стала причиной гибели уже двух государств. По-моему, это слишком серьезный исторический упрек, чтобы им пренебрегать. Тем более что ленинская «бомба» продолжает тикать под фундаментом современной России. В российской Конституции (ст.5 п.2) национальные республики прямо названы государствами. У них есть все атрибуты государственности  -  собственная территория, гимн, герб, флаг, конституция и даже свой конституционный суд, который проверяет соответствие республиканских законов на соответствие этой самой конституции. Вплоть до 2010-го года главы республик именовались президентами (в Татарстане так происходит и поныне), пока центр не отнял, наконец, у них этой привилегии. Я оставляю за скобками вопрос о том, во сколько обходится обслуживание всех этих атрибутов государственности. Ежегодно только на содержание конституционных судов в национальных республиках тратится более полумиллиарда рублей, при этом некоторые из них не выносят ни одного судебного решения. Важнее, что у нас есть 21 государство в государстве, 21 потенциальный претендент на отделение, 21 повод для начала полноценного межэтнического конфликта.

Конечно, сейчас эти государства в государстве сидят тихо и смирно, как львы в наморднике и на коротком поводке, сытые и довольные (правда, Рамзан Кадыров периодически продолжает жаловаться на недостаток финансирования ). Но рано или поздно, когда поводок будет ослаблен, а еды перестанет хватать на всех, они покажут свои когти и зубы. А такой момент обязательно наступит. Экономика России вступила в режим многолетней стагнации. Проблема передачи власти встанет если не в 2024 году, то несколько позже. При этом давление извне продолжает нарастать, а изнутри вечно закручивать гайки невозможно. По неумолимым законам истории маятник непременно качнется в противоположную сторону, наступит политическая оттепель, а вместе с ней пробудятся и суверенные устремления регионов, как это уже произошло в начале 1990-х. По одной из популярных версий, Борис Ельцин в 1994 году начал войну в Чечне не столько ради удержания ее самой, сколько чтобы сделать более сговорчивыми остальные национальные республики, которые, подобно Татарстану, уже выстроились в очередь на выход. Сколько крови понадобится пролить в будущем, чтобы остановить очередной раунд распада? Не лучше ли заранее исключить возможность возникновения этой проблемы? Ведь даже самые безобидные, на первый взгляд, национально-территориальные образования могут в подходящий момент «проявить» себя: мало кто помнит, но в 1991 году Еврейская автономная область пыталась превратиться в республику и установить идиш в качестве одного из государственных языков.

Мне бы не хотелось апеллировать к страшилкам про развал России, тем более что сама по себе территориальная целостность – это довольно сомнительный идеал. Не стоит в этом вопросе брать пример с Украины, которая продолжает цепляться за Крым и Донбасс, несмотря на то, что эти регионы явно инородны по отношению к украинскому национальному проекту. Если представить себе сугубо гипотетическую ситуацию – я, как законопослушный гражданин, осведомленный о статье 280.1 УК РФ, спешу заверить, что эта ситуация совершенно ужасна, недопустима и неприемлема – при которой Чечня, Дагестан и Ингушетия в какой-то момент перестанут быть частью России, то едва ли это затронет первоосновы русского национального бытия. Однако если другие национальные республики, даже формально оставаясь в составе России, достигнут такой ступени самостоятельности, при которой они смогут проводить полноценную языковую и культурную политику, то для миллионов русских это станет поистине неприятным сюрпризом.  Даже сейчас в Татарстане штрафуют за отсутствие вывесок на татарском языке, хотя 39% населения  этой республики составляют русские. В 1989 году славянское население Казахстана составляло 44%, и это не помешало ему получить независимость. Аналогия напрашивается сама собой.

Почти в каждом европейском государстве, даже совсем небольшом, есть свои этнические меньшинства. Однако их права на культурную самобытность прекрасно реализуются без создания соответствующих национально-территориальных субъектов. Обеспечить коренным народностям образование на местном языке и возможность обращаться на нем в госорганы можно и на экстерриториальной основе. Укомплектовать несколько районов компактного проживания нацменьшинств учителями и переводчиками всё равно дешевле, чем  содержать целый госаппарат национальных республик.  К тому же, нарезая территорию по этническому принципу, мы не решаем проблему меньшинств, а, наоборот, лишь создаем новые этнические меньшинства, но уже в пределах федеративных единиц. Допустим, республика Башкирия позволяет решить проблему башкирского меньшинства в России, но при этом возникает проблема русского, татарского, марийского и чувашского меньшинств уже на территории самой Башкирии. То есть вместо одной проблемы мы получаем сразу четыре. Неужели татарин, чья деревня в свое время не была включена в состав Татарстана, утратил право на культурную самобытность?  Почему тогда его дети в школе должны изучать башкирский язык?  Конечно, можно ответить всем недовольным: «не нравиться – уезжайте», но это уже прямая дорога к югославскому сценарию.

Основные очаги российской многонациональности – Северный Кавказ и Поволжье – веками пребывают в состоянии этнической чересполосицы.  В таких условиях мирно развести малые народы по отдельным национальным квартирам не представляется возможным.  Как ни проводи границу  – в любом случае кто-то будет обижен. Существование национально-территориальных образований становится поводом для взаимных претензий и многолетних вялотекущих конфликтов, иногда перерастающих в горячую фазу. Например, сейчас руководство Чечни лоббирует создание Ауховского района в местах компактного проживания чеченцев-аккинцев в Дагестане. Разумеется, такая перспектива совсем не радует проживающих там лакцев и аварцев. В 2017 году в дагестанском селе Ленинаул уже состоялась массовая межнациональная массовая драка на этой почве, и можно только гадать, что произойдет в будущем. А ведь в случае разбалансировки системы в процесс перекройки границ могут включиться и другие регионы. Например, до сих пор не определена граница между Татарстаном и Башкирией, и попытки последней установить ее в одностороннем порядке вызывают возмущение у татарстанских властей. Не дойдет ли и здесь до стрельбы? Единственный способ исключить такие ситуации в будущем – вообще отказаться от проведения внутренних границ по этническому признаку. 

Кроме того, однозначная привязка тех или иных народностей к конкретным территориальным единицам приводит к тому, что вопросы сугубо административного и технического характера немедленно переходят в этнополитическую плоскость. Возьмем уже обсуждавшийся пример: руководство Ингушетии в рамках размежевания границ передало Чечне часть своей неосвоенной территории. Казалось бы, там все равно никто не живет, какое кому дело до этого. Но в силу того, что республика Ингушетия является национально-территориальным образованием и как бы «закреплена» за ингушами, то изменение ее границ не могло не быть расценено как посягательство на честь и достоинство всего ингушского народа. В то же время в 2012 году огромный кусок Московской области с населением 250 тысяч человек (как в половине Ингушетии) был передан Москве. Я что-то не припомню, чтобы это решение заставило выйти жителей Троицка или Щербинки на тропу войну. И это понятно, ведь Московская область, точно так же как Тверская или Саратовская – это просто территориальная единица, лишенная какой-либо национальной подоплеки.  Может быть, пора выровнять по этому стандарту и все остальные субъекты РФ?

Этнофедерализм: ликвидировать по частям

В своем нашумевшем интервью журналист Олег Кашин обронил фразу, что «по факту национальные наши республики — это фарш, который не проворачивается назад». Однако едва ли с этим можно согласиться. Постепенно фарш все-таки таки проворачивается назад, главное – не останавливаться на полпути. Можно вспомнить, что без шуму и пыли была свернута популярная в 1990-е годы практика заключения договоров о разграничении полномочий между российскими субъектами и федеральным центром.  Последний договор такого рода, заключенный с Татарстаном, истек в 2017 году и не был продлен. А между тем, в российской Конституции (ст. 11 п. 3) прямо сказано, что федеративные отношения регулируются как на конституционной, так и на договорной основе. Вдумайтесь: нарисованные на большевистской коленке национальные республики, которые никогда не были самостоятельными государствами, наделены правом решать, какую часть своего суверенитета им делегировать, а какую – нет. Тем не менее, это право пока удалось замести за ковер, но рано или поздно республики – если они  продолжат свое существование – опять захотят им воспользоваться.

Далее, под нажимом Москвы из республиканских конституций исчезли наиболее одиозные пассажи, граничащие с сепаратизмом. 7 июня 2000 года Конституционный суд РФ признал, что положения о суверенитете республики Алтай, содержащиеся в ее основном законе, противоречат федеральной Конституции.

7 июня того же года в другом постановлении Конституционный суд объявил незаконными похожие статьи в конституциях еще шести национальных республик. Одна из таких упраздненных статей, например, провозглашала Северную Осетию «суверенным государством, добровольно входящим в состав Российской Федерации». Другая статья объявляла Татарстан «субъектом международного права», законы которого имеют верховенство над общероссийскими. Все эти эксцессы были ликвидированы, но если не уничтожить сам корень проблемы, то где гарантии, что в момент политического обострения подобные утверждения вновь не вернутся в республиканские конституции и не начнут претворяться в жизнь?

Недавно был сделан еще один шаг в сторону ликвидации национальных республик – я имею в виду отмену обязательного преподавания языков «титульных» народов. Собственно, возможность устанавливать государственные языки до сих пор оставалась одной из немногих реальных прерогатив, отличающих республики от областей и краев. Однако в 2017 году по республикам прокатилась волна прокурорских проверок, в ходе которых были выявлены факты принуждения школьников к изучению национальных языков под видом родных, а летом 2018 года Госдума приняла поправки к закону «Об образовании», которые закрепили возможность выбирать в качестве родного русский язык. Тем самым из рук руководства республик был вырван единственный реальный инструмент влияния на языковую политику. Интересно, что даже такой бастион этнофедерализма, как Татарстан, был вынужден молча проглотить эту горькую пилюлю: несмотря на отдельные выступления депутатов местного госсовета, руководство республики так и не осмелилось на какие-либо демарши. Отсюда видно, что возможности республиканских элит к сопротивлению сейчас находятся на минимальном уровне, и грех было бы этим не воспользоваться для окончательного добивания этнофедерализма.

Образно выражаясь, сейчас пациент – Российская Федерация – находится в состоянии наркоза, усыпленный одурманивающим дыханием стабильности. Операция по удалению национальных республик, если у Москвы хватит смелости и дальновидности начать ее в ближайшие два-три года, может пройти довольно безболезненно. Конечно, будут митинги и выступления, но это ничто по сравнению с теми проблемами, которые национальные республики принесут в нестабильный период политического транзита. Иногда создается впечатление, что действующая власть рассматривает такую возможность. Например, Валентина Матвиенко, спикер Совета Федерации в 2016 году заявляла о необходимости укрупнения регионов. И, может быть, прав Максим Шевченко, когда говорит, что «в федеральном центре есть проект по упразднению национальных субъектов — не только на Кавказе, но и по всей России»?

Теоретически, возможны два решения, позволяющие выправить этнофедералистский перекос. Одно из них, радикальное, предполагает одномоментное переобустройство федерации на новых началах – например, слияние всех российских субъектов в некие новые территориальные единицы, вроде тех 14 макрорегионов, которые недавно предложило выделить Минэкономразвития. Однако это потребует переписывания первой главы Конституции, где содержится упоминание о национальных республиках. Между тем,  изменить эту главу может только Конституционное собрание (ст. 135), а у нас до сих пор не принят закон, который бы регулировал правила его созыва.

Но есть и второе, мягкое решение – а именно, ликвидация этнофедерализма по кусочкам. Этот механизм уже был успешно опробован в 2004-2007 гг., когда шесть национальных автономных округов были объединены с соседними краями и областями. Таким путем с карты России исчезли, например, Коми-Пермяцкий и Усть-Ордынский Бурятский округа – и вряд ли об этом кто-то пожалел, включая населявшие их коренные народности. Точно так же можно упразднить и целый ряд национальных республик. Вряд ли жители бедной Хакасии (ВРП на душу населения в месяц – 29 000 руб.), 81% населения которой составляют русские, проголосуют против того, чтобы их объединили с соседним Красноярским краем (ВРП на душу населения –  53 000 руб.). Такой нищий анклав как Адыгея с 63% русского населения и подушевым ВРП, равным 17 000 руб., так и просится, чтобы его слили с Краснодарским краем (ВРП на душу населения –  31 000 руб.).

Список таких кандидатов на ликвидацию можно продолжать довольно долго, если учесть, что в 13 из 26 национально-территориальных образований в составе РФ русские образуют большинство, еще в 5 ни одна этническая группа не пользуется преобладанием, и только в 8 национальных республиках представители титульного этноса составляют более половины населения.  Поэтапная ликвидация национально-территориальных субъектов за счет их слияния с соседними регионами помогла бы если не полностью избавиться от этнофедерализма, то, во всяком случае, перевести эту проблему из разряда глобальных и локализовать ее на уровне отдельных трудных случаев, вроде Татарстана, Тывы и ряда северокавказских республик.

Прекрасная Россия будущего

Отдельно стоит подчеркнуть, что ликвидация этнофедерализма отнюдь не означает ликвидации федерализма как такового. Напротив, Россия остро нуждается в децентрализации. Неправильно, когда большая часть налогов, собираемых в регионах, отправляется в центр, и уже оттуда перераспределяется в виде дотаций и прочих межбюджетных трансфертов. Неправильно, когда в Москве деньги тратятся на снос крепких кирпичных пятиэтажек, в то время как провинция задыхается от аварийного жилья. Широкая автономия при принятии решений, свобода регионального законотворчества помогли бы ликвидировать этот перекос, создать привлекательные инвестиционные условия на местах, предотвратить отток экономически активного населения. Но не хотелось бы, чтобы расширение полномочий регионов в то же время привело к засилью этнократий, к наступлению на права русских под прикрытием разговоров об интересах «титульных» наций. Вот почему ликвидация национальных республик – это один из важных шагов на пути к здоровому федерализму.

В перспективе на смену национально-территориальному советскому оливье должна придти симметричная федерация из равноправных и экономических самодостаточных земель (краев), созданных исключительно по территориальному принципу. Конечно, отдельные теоретики предлагают поступить наоборот - поднять области и края до статуса республик: хотел же Эдуард Россель сделать из Свердловской области Уральскую республику. Конечно, таким образом асимметрия тоже будет устранена. Но переделка областей в «русские республики» нисколько не поможет 10 миллионам русских, которые сейчас проживают на территории национально-территориальных субъектов. Наоборот, это только усугубит их положение. «Иван, у тебя есть своя республика, вот и вали туда». Глупо было бы отказываться от части русской территории из пиетета перед большевистскими границами. Вместо того, чтобы создавать отдельные «русские республики», статус русской нации можно было бы зафиксировать, например, в преамбуле к обновленной конституции единого федеративного государства. В конце концов, сказано же в действующей конституции Удмуртии, что эта республика реализует «неотъемлемое право удмуртской нации на самоопределение». Почему бы и русским не взять эту формулировку на вооружение, тем более что в удмуртов в Удмуртии всего 28%, а в России русских, как уже было сказано – 83%?  Но это, разумеется, дело далекого будущего. Сейчас главное – оказывать давление на власть и добиваться того, чтобы процесс ликвидации этнофедерализма был запущен как можно раньше.

Александр Храмов.

Источник: http://rueuro.ru/item/65-likvidatsiya-etnofederalizma?fbclid=IwAR0uHmvp2yVgx1crE8V8t1vlgHz698ow8z5_NCoLUiprC06R_0y5upemEdM


Что ждёт Донецк, Москву и Киев?
vol_majya

"Гениальное" решение
vol_majya

Утром острова, вечером - деньги
vol_majya

Малую Курильскую гряду (Шикотан и прочие острова) решили отдать? Сумерки власти
vol_majya

Сценарный ход
vol_majya